Зумеры начали копить на старость раньше миллениалов

По данным опроса Nationwide, около 76% работающих американских зумеров уже откладывают на старость — через корпоративный пенсионный план или самостоятельно. Средний участник поколения начинает копить в первые годы карьеры, тогда как миллениалы обычно приходили к этому решению позже.

Правда, ранний старт пока не означает большого капитала. На пенсионном счёте 401(k) среднего зумера находится около $13,5 тыс., следует из анализа Fidelity, на который ссылается Kiplinger. С учётом денег работодателя молодые сотрудники направляют туда примерно 10,9% дохода.

Пенсия перестала быть проблемой далёкого будущего

Зумеры вышли на рынок труда в мире, где пенсия всё меньше похожа на гарантированную награду за долгую карьеру.

Они видят растущие цены, дорогую аренду и рассказы старших поколений о недостаточных накоплениях. В исследовании Urban Institute 65% молодых американцев заявили, что их поколение находится в более сложных экономических условиях, чем предыдущие. При этом пенсионные счета есть только у 42% всех опрошенных молодых взрослых — заметно меньше 76% среди работающих участников исследования Nationwide. Разница ещё раз показывает, насколько результат зависит от состава выборки.

Ранние накопления становятся не столько проявлением оптимизма, сколько страховкой от неопределённости. Молодой сотрудник может не верить, что нынешняя пенсионная система сохранится через 40 лет, — и именно поэтому старается создать собственный запас.

Помогает и устройство американского рынка труда. Многие компании автоматически подключают сотрудника к плану 401(k) и добавляют свои деньги к его взносам. По данным Fidelity, в первом квартале 2026 года корпоративную доплату получали 85,4% участников пенсионных планов компании.

То есть часть зумеров начинает копить не после долгого финансового просветления, а потому что система делает первый шаг за них.

Ранний старт не отменяет сегодняшних проблем

Средние $13,5 тыс. выглядят скромно, но возраст здесь важнее суммы. Деньги, отложенные в 22 года, получают несколько дополнительных десятилетий для потенциального роста по сравнению с накоплениями, начатыми в 35 или 40 лет.

Но пенсионный счёт легко превращается в символическое достижение, если рядом нет финансовой подушки. Зумеру одновременно нужно платить долги, копить на жильё и переживать периоды без работы. Поэтому долгосрочные накопления конкурируют с гораздо более срочными расходами.

Даже показатель 10,9% пока ниже ориентира Fidelity: компания предлагает стремиться примерно к 15% дохода вместе со взносами работодателя. Это именно американская рекомендация, связанная с местной пенсионной и налоговой системой, а не универсальная норма для всех стран.

А что в России?

Переносить американские цифры на Россию нельзя: здесь нет прямого аналога массовых корпоративных счетов 401(k), а государственная и накопительная системы устроены иначе.

Российская молодёжь тоже задумывается о старости, но пока редко превращает мысли в регулярные взносы. В опросе россиян 18–30 лет только 12,5% сообщили, что откладывают именно на пенсию. Другое исследование среди молодых людей до 35 лет показало, что к активному формированию пенсионного капитала приступили около 12%.

Одним из доступных инструментов стала программа долгосрочных сбережений. По данным Банка России, к 1 мая 2026 года в неё привлекли 938 млрд рублей. Государство предусматривает софинансирование, налоговые льготы и выплаты после 15 лет участия либо при достижении установленного возраста.

Зумеры начали копить раньше не потому, что внезапно стали консервативнее родителей. Скорее они раньше поняли: будущая пенсия больше не выглядит чем-то, что однажды организует за них кто-то другой.

Поколение тревожных покупок и маленьких радостей одновременно становится поколением маленьких пенсионных взносов. Одно другому, как выяснилось, совсем не мешает.