![Dmytro Zinkevych/Shutterstock](https://images.postnews.ru/unsafe/rs:auto:750:420/gravity:ce/q:90/plain/s3://postnews-new-prod/upload/620a185ac4589d00121e0f31-5760x.jpeg)
«Сначала ребенок руководит блогом, потом блог — ребенком». Психолог о детях-блогерах
Ежемесячно дети зарабатывают на своих блогах в YouTube сотни миллионов долларов. Со съемок начинается и заканчивается их день: завтрак, распаковка новых игрушек, поездка в парк аттракционов, поход в пиццерию и еще многое другое, за чем с большим интересом наблюдают другие дети, у которых нет таких возможностей. Но как все это сказывается на психическом здоровье маленьких блогеров? И насколько тяжело им сохранять связь с реальным миром? На все эти и другие вопросы в честь дня рождения YouTube (14 февраля) ответил старший преподаватель кафедры медицинской психологии и педагогики МГМУ им. Сеченова Арег Мкртычян, который также занимается психотерапией с детьми-блогерами.
«Это деловые люди нового поколения»
Современные дети стали мобильными. Они привыкли к более поверхностному поиску — для них важно краткое содержание и тезисность. Все должно быть наглядно и схематично. Им необходимо сразу выходить на нужную информацию, а не искать ее по множеству ссылок. Они склонны реагировать не на содержание контента, а на его интенсивность, то есть яркость, повторяемость и емкость. Несмотря на перечисленное, эти дети не стали слабее, они просто другие.
С точки зрения ребенка, блогинг — идеальная компиляция, состоящая из минимума усилий и максимума выгоды. Словом, для них это достижение роста без материальных, творческих и интеллектуальных ресурсов или быстрая реализация «американской мечты». Некоторые ошибочно полагают, что такая кухня не требует больших затрат и усилий, приходят на рынок и тем самым делают его все больше.
Детей-блогеров отличает настойчивость, цепкость и хваткость. Они более педантичного склада, порой даже жестковатые и циничные. Ими движет утилитарный подход: нужно продать любовь — продадим любовь, нужно показать дружбу — значит, продадим дружбу. В этом смысле они не отличаются от коммивояжеров, которые несколько эпох назад осознали, что Библию можно не только читать, но и продавать. Дети четко понимают чего хотят, из своей повседневной активности они извлекают пользу и лавируют на грани самообнажения.
Конечно, технически маленькие блогеры отличаются от других детей по уровню развития и мышления. Даже я как специалист в чем-то у них учусь: наблюдаю, как они следят за своим временем, как они умеют играть — для них игра перестала быть черно-белым полем с правильными ходами. Теперь нет писаных правил. Им легко потерять интерес к одному и сразу же найти его в другом деле. Однозначно, это деловые люди нового поколения.
«Десять лет назад старшее поколение и представить не могло, что можно столько заработать, сидя на стуле перед камерой»
В моей практике бывали разные случаи. Иногда родители помогали детям осуществлять задумку — ресурсами или советами. Порой взрослые узнавали о заработке ребенка, когда на день рождения он дарил маме дорогую брендовую сумку. Хотя еще десять лет назад старшее поколение и представить не могло, что можно столько заработать, сидя на стуле перед камерой.
Вопрос того, насколько правильно позволять детям зарабатывать на блогинге, — палка о двух концах. С одной стороны, я не вижу ничего плохого, если ребенок проявляет инициативу. С другой стороны, мы знаем лишь о вершине айсберга и не подозреваем о сотнях тысяч тех, кто «сгорел» из-за хейта и конкуренции. С точки зрения гигиены детской психики, здесь много вопросов, которые необходимо решать. Один из них — пересечение красной линии безопасности и уязвимости, когда ребенок намеренно выставляет напоказ свою жизнь.
Я считаю, что таким ребятам как никому другому необходимо психологическое сопровождение — и не обязательно вследствие стресса. У них происходит расщепление между реальностью и нарисованной жизнью. Если ты любишь есть орехи — ешь на здоровье, но будь добр время от времени забегать к зубному и проверять зубы.
Глупо говорить, что им нужно ограничивать пользование компьютером, ведь теперь это их работа. Хотя несколько лет назад я еще мог советовать ограничивать детей от интернета, но сейчас понимаю, что эти рекомендации были пустыми. Потому что дети настолько внедрились в самостоятельную деловую интернет-активность, что они уже не могут воспринимать ограничения.
«Подходит менеджер и говорит: “Так, бросаем машинку, пора снимать ролик. Нам уже заплатили за него”»
Даже занимаясь блогингом, они развиваются. Но при этом мотивация ребенка сиюминутно не может стать деловой. Всегда все начинается с игры, любопытства и подражания. Особенно если мы говорим о совсем молодых блогерах. Только когда ребенок начинает получать регулярную выгоду в виде лайков, узнаваемости, монетизации, то игровая мотивация «мне нравится» и «я хочу» замещается деловыми «мне нужно», «я должен» и «так надо».
Но представьте ситуацию, когда у маленького блогера уже есть команда, к нему подходит менеджер и говорит: «Так, бросаем машинку, пора снимать ролик. Нам уже заплатили за него». Он ведь не будет замотивирован в этом, потому что находится еще на игровой стадии развития, а не трудовой. Ребенок перестает чувствовать необходимость в занятии, когда «нужно» начинает превалировать над его внутренними интересами.
Конечно, в последнее время процесс перехода стал интенсивней, потому что ускорилась обратная связь. Особенно на фоне первых объективных доказательств собственной успешности. И вот тогда мотивация начинает меняться. Из-за того, что она может опережать развитие психики, ребенок быстрее выгорает. Раньше же, чтобы попасть в районную газету и писать заметки за деньги, должно было пройти несколько лет — таким образом трудовая мотивация формировалась планомерно. Сейчас это может произойти за невообразимо короткий срок.
«Со временем постановочная жизнь эрозией распространяется во внешний мир»
Дети-блогеры попадают ко мне разными путями: кто-то приходит сам, кого-то приводят родители — прежде всего это зависит от возраста. Чем они старше, тем чаще обращаются сами. Когда детей приводят взрослые, чаще всего они обращаются с переживаниями насчет компьютерной зависимости. Если речь идет о более взрослых детях, то здесь главной причиной будет протестное поведение. Подросток начинает говорить родителям: «Я сделаю как хочу, потому что не хуже вас. У меня вообще-то несколько миллионов подписчиков».
Блогеры обращаются сами, когда у них еще нет полноценной команды и им нужна помощь в деловых вопросах. Еще им требуется поддержка при невротических состояниях — обострении тревоги, снижении настроения и проблемах с общением. На фоне дичайшей популярности у них перестраивается система личных отношений. Множество раз наблюдал — когда человек обретает известность, ему становится все сложнее находить общий язык с родителями и друзьями. Все это дети остро переживают.
Так происходит потому, что им тяжело переключиться: представьте, что вы показали подписчикам свою новую зубную щетку — 200 тыс. человек сказали «вау», а из них еще 100 тыс. признались вам в любви. Когда блогер пересекает этот театральный помост и спускается в реальность, отношение к той же щетке со стороны близких меняется довольно резко и жестко. Не все окружение готово подстраиваться под его виртуальный мир. Дома и в школе их знают как обычных мальчишек или девчонок, которые совершают глупости и ошибаются. Со временем постановочная жизнь эрозией распространяется во внешний мир — здесь попозировать, а здесь коллаборация.
Когда ребенок становится профессионалом, уже, к сожалению, невозможно сделать перерыв, даже на неделю. Месяц и вовсе не обсуждается — после него практически невозможно вернуться в топ. Если сначала ребенок руководит блогом, то потом блог — ребенком. Был случай, когда мой клиент ненадолго ушел в «подполье» и по возвращении лишился всех позиций. Здесь приходится выбирать из двух зол — либо потеря популярности, которую очень сложно наверстать в огромной конкуренции, либо работа на износ.
«Нынешние девятилетние блогеры стали зубастей»
Больше всего хейт сказывается на маленьких детях. Первое поколение блогеров, стоявших у истоков YouTube, включая Катю Клэп и Рому Желудя, помогло нынешним. Абсолютно все из них прошли через негативную сторону блогинга. Поэтому сегодняшние дети готовы к этому хотя бы с точки зрения прогноза, хейт для них теперь предсказуем, в отличие от первой волны, у которой не было возможности оглянуться на чужие грабли. Нынешние девятилетние блогеры стали зубастей. Они готовы к тому, что их могут ненавидеть. Если их предшественники говорили: «Спасите меня, я хочу уйти», то сейчас блогеры спрашивают: «Что ответить?»
Иногда мы вместе с ними разбираем, стоит ли отвечать на негативные комментарии. Я анализирую, насколько хейт систематизирован, ведь он представляет собой целую индустрию, как и блогерство. Если один комментарий можно пропустить, то другой потребует конструктивного диалога.
«Блоги превращаются в огромную психотерапевтическую машину»
Многомиллионные по аудитории YouTube-блоги, где дети распаковывают игрушки и ходят гулять с семьей, как ни странно, популярны и среди взрослых. И это абсолютно здоровые люди. Иногда они занимаются этим, чтобы посмотреть на других детей и понять, чем живут их дети. Чужая жизнь всегда будет интересной, особенно когда она преподносится легко и примитивно. Заглянуть в замочную скважину — лишь первая реакция. Потом мы начинаем думать, зачем это сделали. Затем в процесс вступают законы рынка, и человек подсаживается на продукт.
В этом смысле блоги не создали ничего нового — привязывающая к себе информация должна быть простой, регулярной и эмоциональной. Иллюзия постоянства помогает людям, когда вокруг них происходит много изменений. В таком контексте блоги превращаются в огромную психотерапевтическую машину. Раз блог выходит, значит Земля крутится и все хорошо.
━━━━━
Поговорила Эльвира Асмакиян